WWW.VENEVA.RU

 

Познавательный ресурс по истории города Венёва Тульской области и его окрестностей
                  
                                                           

Главная
История
Путеводитель
Художники
Фотографии
Туризм
Библиотека
Клуб
Форум
О проекте

 

 

 

 

 

СчетчикиRambler's Top100

 

© Денис Махель,
2004-2018

Все права защищены. Воспроизведение материалов сайта без согласия автора запрещено.

18:05

Электронная библиотека

 

 

ОВСЯННИКОВЫ
Часть 1

Наталия Воробьёва
2017
ВКонтакте ...

Часть 2 ...

Хочется начать повествование какими-то очень красивыми словами вроде “за дремучими лесами, за тридевять земель, за топкими болотами и степями бескрайними…” - столь сильное впечатление производят окрестности родовой вотчины, древняя земля, древняя история, о которой довелось мне узнать и собираюсь я поведать вам. В жизни немало случайностей, хотя каждый из нас вправе решить, верить ли в них или придерживаться мысли, что в ней больше закономерности и предопределенности. Мне порой кажется, что лишь благодаря случайности, несмотря на довольно слабые факты, скорее догадки, я узнала эти весьма захватывающие исторические факты.

О предках своих я хоть знала немало, - как упоминала уже не раз, в моей семье знать свои корни приветствовалось, но довольно бессистемно. Довольно часто бывали семейные беседы у самовара за чаем, с вареньем, домашней яблочной пастилой и прочими сладостями - традиция у нас весьма уважаемая и почитаемая; даже живя в городе, продолжали мы вспоминать большие семейные встречи в деревне, где в отчий дом съезжались дети, внуки и правнуки - до полусотни человек. Хотя сама я никогда не бывала в доме на хуторе, но была не раз в лесу, в том месте, где был хутор, где сохранились еще яблони старинных сортов, переходила вброд речку, где был когда-то “соколов мост”, и, детьми, мы объехали на велосипедах все окрестные села, как раньше предки наши на телегах, да на лошади.


Соколов мост

Елизавета Николаевна Овсянникова (Павлинова), моя прабабушка, родилась 4 ноября 1899 года в браке Овсянникова Николая Ивлиевича (1872 г.р.), из с. Адашево, который был в многочисленной семье отца, Ивлия Петровича Овсянникова, старшим, с Еленой, дочерью солдата Ивана Петрова Баршова из с. Выползово, расположенной на берегу р. Лесной Веркуши, неподалеку от места слияния с Полевой Веркушей у с.Студенец. Служба проходила в храме д. Глебково, относящемся в то время к приходу Потетино-Верино (ныне не существует).

Вскоре после свадьбы молодые переехали в Москву на заработки по примеру и совету соседей, друзей и родни из с. Адашево, в частности Тереховых, также потомственных военных, которые перебрались в Москву несколько раньше. Устроившись в Москве довольно неплохо, семья остается там насовсем, однако юная Лиза семью покидает. Причины нам до конца неизвестны да и непонятны, ведь будучи старшей, она уже даже устроилась в Москве на работу, но отчего-то (возможно напуганная революционными действиями или неизвестными нам пока событиями в семье, неожиданно принимает решение уехать к своей тетушке в деревню Выползово, чем весьма огорчила мать, которая даже сказала, что если она уедет, то пусть назад не возвращается. Возможно это и было причиной того, что информации о семье прабабушки долгое время было крайне мало - лишь имена отца и матери: Николай и Елена, и фамилия, да некоторые факты о деревнях где жили родственники. Да и это в семье обсуждалось нечасто, поэтому восстановление было сложным и долгим, буквально "по крупицам" - ... и это все на фоне увлечения в семье составлением и сохранением своей родословной, что совершенно очевидно не могло не вызвать удивления. Конечно, для юной девушки решение покинуть семью и Москву был весьма неожиданный шагом, ведь возможности жизни в крупном городе и сейчас нам кажутся гораздо большими. Это загадка, но, приехав в деревню, Елизавета Николаевна вскоре именно здесь выходит замуж за Федора Ивановича Павлинова, крестьянина-собственника из обеспеченной, но весьма многочисленной семьи детей Руфея (Руфа) Степанова Павлинова (в списках 1906 г. - землевладелец ок.57 Га, с правом избираться в Госдуму), который был одним из нескольких местных жителей, жертвовавших средства на постройку Св. Георгиевского храма в д. Студенец. О его богатстве в нашей семье есть легенда, но почти нет ни фактов, ни доказательств. Но совершенно точно известно, что на одной из фресок он изображен в благодарность за его вклад в постройку храма, а для своей семьи у помещика (Вяземского или Йордана) он выкупил землю и лес, где и был построен хутор (Павлинов-хутор, хутор Задорожный) из трех домов (остались фундаменты построек) в окружении яблоневых садов, сохранившихся и сейчас. Там, неподалеку от с. Соньшино, Васильевского, Студенец и д. Выползово и жили они хотя и небогато, своим хозяйством, до второй половины 30-х годов, когда уже при советской власти, было принято решение о выселении с семьями с хутора, где еще родилась моя бабушка, Мария Федоровна (15.6.1927 г.р.), и откуда ей приходилось ходить за семь километров в школу в деревню Студенец. Деревенская школа находилась в доме, принадлежавшем помещику Йордану и его жене Лидии, а ранее отцу ее, Андрею Вяземскому. С Лидией Андреевной Йордан у Елизаветы Николаевны сложились почти дружеские отношения, у них были общие темы для разговоров, интересы и знакомые, и на свадьбу та подарила юной невесте подвенечное платье. Многие говорили о красоте и хороших манерах юной Елизаветы, она была тихой, мягкой, тактичной и женственной, но к себе требовательной и строгой.


Гергиевская церковь, с. Студенец

И на хуторе и живя в деревне, семья часто общалась с родственниками и ездили друг к другу в гости и на крестины, в д. Великое Поле, где изначально жили Овсянниковы, и в соседние с ним Соньшино (где жил брат Лаврений, родной брат Ивлия Петрова Овсянникова), Сасово, Алитово, Улыбышево, Потетино, Студенец и Выползово. Но как же семья Овсянниковых пропала в Адашево? Мой поиск долгое время был затруднен тем, что как казалось на первый взгляд, никакой связующей нити не вело в с. Адашево. Однако при ознакомлении с подворными карточками этого села и благодаря некоторым записям метрических книг с. Глебково и Потетино-Верино стало очевидным, что в Адашево семья оказалась вероятно по нескольким причинам.

Одной из причин были тесные родственные связи с семьей Тереховых - соседями и друзьями, соперниками и союзниками, которые также имели жительство и в д. Великое Поле на протяжении нескольких веков.

Как очевидно из дел Тульской духовной консистории и из метрических книг с. Алитово за ноябрь 1846 между селами Адашево и Великое Поле существовали и активно поддерживались близкородственные связи, что видно на примере следующей записи "у неслужащего дворянина Ивана Степанова Овсянникова и законной жены его Параскевы Ильиной от второго брака с нею родился сын Петр (...) восприемниками были того же села Иван Иванов Овсянников и однодворческая жена Аграфена Ильина из д. Адашево".

Еще одна вероятная причина в том, что Овсянников Ивлий Петрович, также означенный в списках землевладельцев, обладавших избирательным правом в думу, сын Петра Степанова Овсянникова из д. Великое Поле получил земли в период женитьбы на Татьяне Гавриловой (как ее приданое), или купив землю, но не в родной  деревне, а по соседству, так как часто в наследство земель родителя на семью не хватало (хотя по обыкновению, дом и большая часть оставалась старшему), ведь кроме его самого в семье было две сестры и пять братьев, один из которых, Василий, правда умер еще во младенчестве, случай по тем временам нередкий.


Дорога в Великое Поле

В конце девятнадцатого века Ивлий Петров Овсянников значится казенным крестьянином, проживающим в с. Адашево, но по другим документам в то же время он являлся сыном дворянина Петра Степанова Овсянникова из с. Великое Поле (по данным ревизии 1857 года). Здесь стоит упомянуть и о путанице, внесенной при составлении переписей и ревизий в период многих изменений в государстве, в т.ч. крестьянской реформы 1861 года, после петровских реформ - политических, экономических и особенно военных, десяти проведенных ревизий, в особенности (именно этот момент был основной ошибкой) при проведении 4-й, когда, учитывая тотальный человеческий фактор и полуграмотность населения, многие дворяне в силу неопытности и неосведомленности в наименованиях проводящих ревизию исполнителей, были записаны в подушный оклад. Так и среди Овсянниковых многие из семьи, будучи потомками военных, состоявших на службах в разных чинах, столкнулись в 17-18 веках с необходимостью подтверждать и доказывать принадлежность к древнему дворянскому роду, известному еще со времен Ивана Грозного по военной службе на Туле и при засеках, что давало ряд преимуществ, но обязывало их, а также детей их быть на службе в случае военных действий. Из документов этого времени уже знаем о существовании сословия четвертных крестьян (или казенные). В соответствии с Брокгаузом и Ефроном "Четвертные крестьяне, четвертное землевладение — Ч. крестьянами называется разряд бывших государственных (казенных) крестьян, до реформы официально именовавшихся однодворцами. Разряд однодворцев в свою очередь, образовался из служилых людей, детей боярских и дворян, преимущественно, низших разрядов — казаков, стрельцов, рейтаров, драгун, солдат, копейщиков, пушкарей, затинщиков, воротников и засечных сторожей, селившихся в XVI и XVII вв. на восточной и на южной границах Московского государства, для защиты его от ногайских и крымских татар. Служилые люди низших разрядов в Московском государстве получали денежное жалованье и корм натурой; поместья же за службу отводились дворянам и детям боярским. Из вышесказанного легко можно понять почему в разных документах один и тот же человек мог быть и дворянином и крестьянином. Те, кто знаком с творчеством И.С. Тургенева, конечно же, вспомнят «Записки охотника» и «Однодворец Овсянников», но об этом позже.

К 1900 годам многие из детей Ивлия покинули Адашево, остались лишь пара семей младших сыновей - Алексея (род. 3.9.1881 г) и Александра (1886 г); в Великом Поле же потомки Овсянниковых жили еще очень долго, хотя сейчас деревня практически "умерла", большинство домов используются только на лето, подъезд затруднен: нет моста, а в непогоду ни по одной из дорог туда без трактора не пройдет ни одна машина. Уже "умерла" и деревня Выползово, хотя под покровом трав и листвы кое-где заметны еще фундаменты домов, да сады над рекой, но и они скоро затеряются среди наступающего леса.


Место, где находилась д. Выползово сейчас сохранились яблоневые сады

А тогда, в те давние времена граница, в том числе и лесов проходила по Оке. Географическое положение вдоль водной границы по Оке определяло в тот период и политическое, и стратегическое значение региона. За ней начиналось "Дикое поле", и здесь и враги и защитники были друг перед другом как на ладони, что было крайне удобно для кочевников с их конницей. Два основных укрепных города по пути к Москве - Кашира да Серпухов. Самой южной точкой Серпухова и сейчас является Высоцкий мужской монастырь, в стенах которого можно было укрыться, да и гарнизон располагался неподалеку. Кашира также имела гарнизон, именно туда обычно прибывали "новики" и подкрепление с севера, и наибольшая значимость отводилась именно каширской “десятне”. За Окой по обыкновению камня на камне не оставалось после набегов южан-кочевников да литовцев. И хотя вода была одним из препятствий, усложняющих для южан путь на Север, к Москве, но не являлась препятствием непреодолимым. Для затруднения доступности было принято решение о создании рукотворных лесов - дубрав, усиленных крепостями.

Еще на рубеже пятнадцатого-шестнадцатого веков Московии, сильной, независимой, как самостоятельного ярко выраженного государства "нет"; существование княжеств севернее Москвы неоднозначно. Выступая каждый самостоятельно, соседи прежде всего исходили из соображений выгоды собственной, практически не видя выгоды в помощи друг другу и объединении сил. Формирование войска периода русской "феодальной раздробленности" весьма отличалось от современного, но ведь и тогда и много позднее существовал парадокс потребности государства в сильной армии и в то же время, неприемлемости усиления ее авторитета и влияния!? Политическое влияние, которое военнослужащие могли оказывать, ставило под угрозу авторитет княжеской и царской власти, почему и наблюдали мы эту двойственность в отношении к военнослужащим. Очень показательно можно проследить данную специфику на примере истории появления и существования интереснейшего природного комплекса Тульской Засечной черты.

Основным фактором её появления была крайне нестабильная политическая ситуация на южных рубежах. Постоянные интервенции существенно подкосили местное население, его боевой дух, благосостояние и настроение жителей. Разумеется, обычные, естественные для человека позитивные заботы о семье, здоровье, хозяйстве и будущем невозможны в условиях постоянного страха и отсутствии понимания дальнейшего развития ситуации. Горе и отчаяние, прочно вошедшие в сознание, не могли создать благоприятного климата для крепкого государства, и первоочередной задачей для его существования было обеспечение для его граждан гарантий и стабильности жизненных условий и ценностей.

Яркий, значимый и такой неоднозначный, лидер и палач, кумир и судья, Иван Грозный был столь же почитаем, сколь и ненавистен, что, впрочем, всегда характерно для по-настоящему сильной личности. Хорошо понимая важные первостепенные задачи, в свое правление на рубеже веков он принял одно из важнейших стратегических решений в истории России. Усиливая границы, он укреплял свое влияние и авторитет власти, предпринимая шаги к централизации государства.

Севернее к Новгороду, Суздалю и Владимиру население не страдало столь сильно. И именно отсюда брали часто "новиков" в десятни. Вот и Овсянниковы пришли издалека. Их родина, княжество Стародуб было достаточно сильным, окружение лесов и болот было надежной защитой, да и она требовалась редко, почти не доходили сюда кочевники с юга. Существование Стародубского княжества было хоть и недолгим, но весьма значимым - форпост на пути к Новгороду и защита от казанцев, кроме этого и ранее в период Киевской Руси многие вехи социокультурной и политической жизни относились к этим северным областям, где жизнь не приходилось с каждым очередным набегом восстанавливать с нуля.

"Предки мои были из дворян, служили по городу Туле, жалованы были за службы поместными и денежными окладами, и в тот же оклад поместный в тульском и веневском уезде землями” - этими словами начиналось дело дворян Овсянниковых, - пухлая пожелтевшая папка с листами, испещренными полувыцветшими, странного вида буквами, которые поначалу и разобрать-то мне было очень трудно. В семнадцатом веке пунктуация в русском языке почти отсутствовала, построение предложения было другим, а слова писали на бумаге так, как слышали, а совсем не по правилам. Вот хотя бы смешной эпизод, когда около недели я пыталась понять что же значит одна фраза “в саднике намер.ине и всабле” (всадник на мерине, и с саблей). А уж имена…!!! Конечно, привыкнув, разбирать становилось проще, но понимала я все еще с трудом, ведь многие исторические факты знают далеко не все. Поэтому даже прочитав наконец “от корки до корки” несколько раз эти бумаги, без десятков справочников, энциклопедий и советов понять и расшифровать их было невозможно. Буквально через слово требовалась дополнительная литература и понимание тех исторических фактов, которые происходили в это время.

... в 1514-1520  гг. в Туле был возведен каменный кремль. В дальнейшем, по мере продвижения на юг границы сместились то к Туле, Крапивне, то к Дедилову и, как стало понятно из Писцовых книг по Туле, предки жили (несли службу) в Туле, в тульском гарнизоне. Если точнее, то местом проживания Григория (отца Любима) и Романа, а также М…. (Михаил, Матвей, Максим?) - отца Григория указан Кремль, «слева от башни Водных ворот». Тогда же, в 1520-х гг. началась работа по возведению дополнительных оборонительных рубежей, известных под названием засеки. Это было необходимо, так как совершенно очевидно, что территория кремля всех вместить просто не могла, а жители окрестных селений так нуждались в защите от постоянных посягательств нападающих. Наиболее надежной в глазах московии, всего заботливее оберегаемой и поддерживаемой  была оборона линии Рязань-Тула-Одоев. Весьма слабым местом была область между низовьями Дона и линией Рязань-Тула; ее стремительная атака татарской конницы часто прорывала без особого труда. В засеках деревья подрубались кронами в южном направлении, возводились крепости и сторожевые пункты, «ворота». Для обороны засек, организации дозоров требовались служилые люди. В момент сбора ополчения и был призван на службу Любим Григорьев Овсянников, он значится “написаны по Туле в десятнях 130 году за скрепою диока Данилова в заглавии написано десятни тульских дворян и детей боярских с разборного списка 130 году каков взят в разряд у князя Федора Ивановича Львова после московского пожару 134 года…” “...и в числе других по указу великого государя Михаила Федоровича Гавриило Тухачевский … написан и Любим сын Овсянников в списках володимерского стола…”, он “был наделен денежным и поместным окладом”, закрепленным за ним с условием, что он и его дети будут нести воинскую службу для государя. В 1630 году он значится по спискам у окольничего князя Григория Константиновича Волконского (Кривого). Примерно этим же временем датировано появление деревни Овсянниково (Старо-Овсянниково, Рудаково, Басово, ст. Козлова Засека, близ дороги на Скуратово). К сожалению храм этого прихода и большая часть метрических книг не сохранились, поэтому достоверно нельзя пока сказать сколько Овсянниковых проживало там, но дальнейшие события имеют много подтверждений и фактов, хотя случайность снова и снова предопределяла во многом ход истории. Овсянниковы жили на Крапивне и в Одоеве, Веневе и Туле, Белеве, Ефремове и Черни, а при расширении засечной черты (вторая линия) они в числе первых оказались в Тамбове, Ельце и Лебедяни. Но обо всем этом подробнее в дальнейшем рассказе.

Часть 2

Исследуя древние документы, приходится сталкиваться со множеством вопросов, ответить на которые получается не сразу, особенно если Вы не историк. Для того чтобы понять, что имеется в виду в каждом сложном случае необходимо обращаться к большому количеству дополнительной литературы, справочников, монографий. Часто без понимания исторических событий, происходивших в интересующий нас период времени вообще невозможно понять происхождение тех или иных фактов, но в большинстве случаев причину следует искать в событиях в государстве. О чем я? Реформы, их регулярность, частота проведения и эффективность, одна из важнейших характеристик государственного строя, наравне с политической направленностью, стабильностью, надежностью; и что этом смысле можно сказать о России? Лучше всего расскажет обо всех изменениях, происходивших здесь на протяжении нескольких веков история семьи потомственных военных Овсянниковых.

В период с 11 по 13 века главной задачей являлось укрепление и обьединение княжеств вокруг Москвы. Позднее, в период 14-16 веков роль армии также оставалась велика, и для усиления и сохранения влияния в качестве награды за службу на гарнизонах, засечном рубеже и укрепных городах служилые люди жалованы были денежными и поместными (земельными) окладами, с тем, чтобы одновременно быть и хозяином и стражем этих земель. При возникновении угрозы по необходимости выступали отряды, но и в относительно спокойное время военным мало времени доводилось проводить дома, в 16-17 веках помимо дозора появляется службы разведка и контрразведка. Также важным было и доставка этих сведений, помимо этого и в 17 веке перед любым серьезным делом велась интенсивная переписка между чиновниками Думы и непосредственными исполнителями, в частности воеводами. А так как Засечная черта расширялась, то заданий таких хватало.

Воеводам городов, выбранных для переселения, из Разрядного приказа от имени царя были высланы указы об организации смотра служилых людей, который заключался в необходимости выбора самых достойных. Выбор кандидатов на переселение основывался на следующих критериях: они должны были иметь крепкое семейное положение, т.е. женатыми и «семенистыми», с многочисленной родней, состоящей из братьев, сыновей, зятьев со своими семьями, с соседниками и полусоседниками. Занимать определенное социальное положение: относиться к сословию детей боярских или казаков; иметь стабильное материальное положение - быть «прожиточными»; и обладать определенными трудовыми навыками: уметь пахать землю, воздвигать строения. В царских указах подчеркивалась твердость правительства иметь постоянное присутствие в данном районе русского населения. Перемещение больших масс населения осуществлялось на «вечное житьё», со всеми своими пожитками, семьями и родственниками.

Первоначально намечалось набирать на службу в новый город служилых людей, детей боярских и казаков из городов Ефремов, Новосиль и Гремячий, как ранее, после Девлет-Гирея - за Москвой, севернее из Владимира, Стародуба. Селили целыми семьями, выбирая крепкие дворы во главе с домовитыми, толковыми хозяевами с многочисленным потомством. Так выглядела миграция населения для организации и первой и второй линии Засек. Система сохраняется вплоть до петровских времен. Теперь же однако картина резко изменяется. Новые потребности в оружии, кораблях и производстве их снижают необходимость в "закреплении" людей на "украинных" рубежах и потребность в такой численности военных здесь. Жалование военных уменьшается и постепенно происходит их постепенное обнищание на общем фоне смена приоритетов, направленности. Появляется расслоение; со временем оно все увеличивается. Реформа земельная позволяет теперь продавать земли, которые были получены ранее и передавались прежде лишь по наследству. Ну а богатые засечные заповедные леса используются для потребностей металлургической промышленности (как наглядную иллюстрацию здесь можно привести тульские засеки). Появляется новое для России сословие - однодворцы. На самом деле их численность оказывается на практике несколько завышена, так как часто по ошибке в однодворческий подушный оклад нередко попадали и те, кто принадлежал к сословию детей боярских и дворян (в т.ч. потомственные, древних родов). Сложно определить причину происхождения этого, но вполне можно предположить, что связано это и с полуграмотностью, недостаточной компетенцией составителей переписей, и с тем, что сам по себе имел место факт неосведомленности населения. Изменяется система статистического учета и вероятно, что люди, осуществлявшие перепись учет населения, сбитые с толку все новыми и новыми названиями, порядками, правилами и предписаниями, или не разобравшись до конца с ними, как это часто бывает, делали много промахов, потому, учитывая "человеческий фактор" мы вынуждены делать поправку на эту погрешность. Так или иначе, но начиная примерно с середины 1700-х годов на высочайшее имя буквально посыпались челобитные; прошения о переведении из подушного оклада и возвращении "первобытного дворянского достоинства" с занесением в надлежащую часть дворянской книги. Кроме того, на тот момент для получения гражданского чина, должности (а каждый очередной чин требовал определенных условий) дворянам, военным (а в том числе и Овсянниковым) была необходимость дворянство и земельные владения подтвердить, так как военные службы и должности в послепетровской России попали под реформирование и начиная с восемнадцатого века с тем, чтобы получить хороший пост, как на военной государственной службе, так и на гражданинской. Например, чтобы получить пост служащего почтовой, полицейской или канцелярской службы, надлежало подтвердить дворянское достоинство и землевладение, особенно в правление Екатерины II.

Чем можно объяснить разницу в сословии в границах одной семьи? Есть множество причин, среди которых и следующие: до Петра I все дворяне были потомственными, т.е. титул передавался по наследству потомкам; после же петровских реформ появились также личные дворяне, причем под конец XIX века их стало почти столько же, сколько и потомственных. Создавая возможность получения личного дворянства, Петр I, а именно с его правления оно появилось, намеренно ослаблял потомственное, так как до табели о рангах дворянство считало себя независимым от государства, после ее введения служить стране стало вынужденной обязанностью, а при Петре I – пожизненной.  Личные дворяне уже не передавали свою принадлежность к дворянству детям, как потомственные, а получали таковое дворянство лишь путем достижения определенного чина по Табели о рангах (независимо на военной ли или на гражданской службе), но дворянство могло присваиваться отдельным пожалованием в награду за заслуги. Но еще вплоть до 1900-го личные дворяне имели право ходатайствовать о получении потомственного дворянства, но при условии наличия доказательств, что их отцы и деды по 20 лет прослужили беспорочно в обер-офицерских чинах. В отличие от потомственных дворян, личные дворяне не могли участвовать в дворянском самоуправлении, а также личные дворяне не создавали рода, так как не передавали дворянства, а соответственно не вносились в родословные дворянские книги; в других же привилегиях отличий между потомственными и личными не было.

Главной задачей, несмотря на очевидное ухудшающееся состояние военной службы, для государства было усиление престижа военной службы по сравнению с гражданской, создание стимулов для получения дворянского статуса для представителей низшего сословия всего лишь путем достижения низшего военного чина. И, как результат, сильный рост количества личных дворян потребовал  введения консервативных реформ. Так до 1845 года любой чина табели о рангах давал личное дворянство, а после реформы же лишь военные чины стали пользоваться этой привилегией; гражданские чины X-XIV классов уже не получали права на дворянство.

Потомственное дворянство, которое состояло из потомков дворян допетровской эпохи и тех, кому дворянство было присвоено уже после 1722 года, прежде всего военных. И, кстати, после петровской реформы потомственное дворянство давали все военные чины (начиная с последнего XIV), гражданские только с VIII класса. С 1845 года, при Николае I и военные стали получать потомственное дворянство уже лишь со звания майора (VIII класса); гражданские – с V класса (статский советник). При Александре II, с 1856 года, требование было повышено до VI класса (полковник) для военных, и действительного статского советника (IV класс) для гражданской службы. То же самое относится и к званию «почетный гражданин» – оно могло иметь статус потомственного и личного. Вот такая неразбериха... В восемнадцатом-девятнадцатом веках взамен военной службы для дворянина появляется альтернативная гражданская. Различные почтовые и штабные чины, службы при канцелярии и в госпиталях, градоначальники, городовые и полицейские, да и в семье Овсянниковых было немало, кстати "в городовых службах" они значатся еще в 1600-е... Понимая неизбежность и важность смены ориентиров в жизни кто-то умело находят свое место в новом обществе, получая со временем и повышения по службе, и положение в обществе и социальную значимость. Вот лишь несколько из таких примеров, имеющих непосредственное отношение к истории рода Овсянниковых, в том числе к роду почетного гражданина г. Венева, гласного думы и мецената Михаила Артемьевича Овсянникова. Разумеется, в границах каждой семьи важные общественно-значимые изменения всячески обсуждались, и вот, узнав от родственников о необходимости и возможности восстановления дворянства (вероятнее всего от двоюродного деда) отец Михаила Артемьевича, Артемий Яковлев Овсянников в 1846 году также предпринимает попытку и получает грамоту о подтверждении первобытного дворянского достоинства и о внесении в 6 часть дворянской родословной книги тульской губернии (от 17.95.1846 г.), и, таким образом, упрочивает свою жизнь, карьеру. Его отец, Яков Петрович из села Алитово, расположенного неподалеку от Великого Поля и значился в однодворцах, но его отец, Петр был одним из сыновей дворянина Владимира Овсянникова из Великого Поля, внука уже известного нам Любима Григорьева, родом из дворян и детей боярских.
Бедственное положение семьи началось вероятно примерно с середины восемнадцатого века, когда сам Владимир Егоров Овсянников из Великого Поля и семья его были причислены к однодворцам. Сын Петр Владимиров был по бедности определен в рекруты, сестры его Анна и Авдотья выданы замуж за однодворцев и лишь в 1792 году, к концу восемнадцатого века Владимир Егоров был исключен из однодворческого подушного оклада вместе со своими детьми по получении в ответ на прошение свое свидетельства от императрицы.

Его брат, Филипп Егоров был прапорщиком Лейб-гвардии Преображенского полка (и важно отметить, что в Преображенском полку Лейб-гвардии служили многие из семьи), и, как значится из документов, служил при Трубецком Н.Ю., Бутурлине А. Б., Алексее Орлове ....

"...1791 года декабря 22 дня в тульском дворянском депутатском собрании слушали объявление из дворян от недоросля якова филиппова сына овсянникова просьбой предствить по ... высочайшей его императорского величества дарованной на преимущество российскому благородному дворянству прошлого 1789 года апреля 21 дня грамоте о дворянстве присланной ему из вотчинного департамента в прошлом 1791 году для справки и .... недвижимого предковь его тульского имения и к доказательству о дворянстве дач копию и поколенную роспись просить обьявления здач и поколенную роспись принять и занести в дворянскую родословную сей губернии книгу в какую часть следует будет и дать грамоту" ...Реестрь производившихся гаролдмейстерских дел прошение тульского уезда деревни Астрецово (Острецово) недоросля Якова Овсянникова изключить его из подушного однодворческого оклада делу 1784 года" на основании его прошения:
"Пресветлейшая державная великия государыня императрица екатерина алексеевна самодержица всероссийская государынявсемилостивейшая
.... тульского уезда деревни Астрецова недоросля якова филипова сына Овсянникова а о чемь челобитная тому следующий пункть:
Предки мои были из дворян, служили по городу туле, жалованы были за службы поместными и денежными окладами, и в тот же оклад поместный в тульском уезде землями, а отец мой филип егоров сын служил в лейб-гвардии в преображенском полку прапорщиком и умре, а я остался после его вмалолетних пожеланию матери ма... в подушный однодворческий оклад веневского уезда в деревне великого поля, а ныне по четверт... ревизии в означенный тульский уезд в деревню острецову на свою покупную землю, где и жительство имеем навеличать меня по дворянству те моих предков пред... из подушного оклада производилось дело в уездном суде дело, где объявлено было мне чтоб я освоем дворянстве просил правительствующего сената гарольдмейстерских дело (...) а без того изподушного оклада исключить меня неможно... И дабы высочайшим вашего императорского величеством указом повелено было сие мое челобить у правительствующего сената  гарольдмейстерское дело принять (...) о дворянстве предковь моих сичемь(?)? Надлежить справитьь меня именованием из подушного однодворческого оклада усиль(...?) поколенной родь своего роспись прилагаю посему <.....> слушали сентябрь 12, 1785 года.
Всемилостивейшая государыня прошу вашего императорского величества о сем моей челобитной с решением об учинении сентября дня 1874 данных на ... правительствующего сената герольдмейстерства далам челобитную писал ....." - в цитате сохранена по возможности пунктуация документа и написание некоторых слов, характерное для письма того времени.

Отчего же Яков Филиппов с матерью оказались далеко от родных мест, под Ясногорском (Астрецово, Лаптевский уезд)? Как сказано в цитате документа, так далеко от родовой вотчины, д. Великое Поле проживали мать и сын Овсянниковы по причине покупки земельного участка там, в с. Астрецово, ныне Ясногорского района Тульской области, а чуть ранее Лаптевского уезда Тульской губернии. С момента получения возможности оформления сделок с жалованной землей, появилось огромное количество сложных юридических вопросов, которые решались в процессе становления этой практики. Оттого практически невозможно было избежать ошибок и споров в земельных вопросах. А так как в семьях по тому времени детей обыкновенно было много, то и вопросы наследственного характера решались непросто. Наследства и денежного довольствия часто не хватало, для того, чтобы поставить семью на ноги, но все-таки удавалось сохранить положение и благосостояние. Отец его, Филипп Егоров, служил прапорщиком в Лейб-гвардии Преображенском полку и рано умер, и вот, почти не имея земли собственной в родном селе по семейному разделу, они жили на покупной (а после реформы в семнадцатом веке военным была разрешена купля-продажа жалованной земли) в с. Астрецово. Таким образом "он оставшись после <отца> его в малолетстве пожеланию матери ево написань в третью ревизию в подушный однодворческий оклад веневского уезда в деревне великого поля, а по четвертной ревизии выбыль на покупную землю где прожительство имеет, повыключке его по дворянству тех ево предковь изподушного оклада производилось ввеневском уездном суде дело, где обьявлено ему было чтоб он о своем дворянстве просиль правительсвуюащего сената у гарольдместерских дел, абестого исключить его неможно и просиль учиня одворянстве предковь его семь на... справки изподушного однодворческого окладу ссыном его выключить приказал с приложением роду ево овсянникова споколенной росписью копиею послать в розрядный архив" и данные эти нужны были в соответствии с новыми требованиями при поступлении на службу (а семью нужно кормить, военная служба не столь требуется, частично заменяется гражданской. Для бывших военных и их семей это связано с необходимостью подтверждения дворянства и служб для получения чина и новой гражданской должности. И вот благодаря стараниям Якова, потомка Егора Антонова, сына Сафона Овсянникова, внуков и правнуков – Якова Филиппова и его двоюродного племянника Артемия Яковлева было подтверждено первобытное дворянство семьи и впоследствии с помощью этих данных восстановлено фамильное древо. Так после подтверждения своего дворянства Яков Филиппов Овсянников получает пост, а затем и дети его. В восемнадцатом веке служба в Лейбгвардии была сама по себе почетной, а с повышением по службе, и также военными службами в некоторых боевых действиях вполне еще возможно было устроить положение в обществе. Потому примерно в это же время и другие потомки этой семьи предпринимают попытки восстановления дворянства, и таким образом, также получив такие грамоты от государыни получают надлежащие службы и чины. Артемий Овсянников и его потомки назначены для службы в дальних от Тулы орловской и тамбовской губерниях, в Лебедяни.

Ну а теперь подробнее о родственниках гласного веневской думы, мецената М. А. Овсянникова. Отец его, Артемий Яковлев уже в чине титулярного советника служил по первому разряду в канцелярии коллежским регистратором в Ефремовском (Ефремов относится ко второй линии Засек) казначействе, с 1882 года был смотрителем земской больницы. В Ефремове родились дети - дочь Лариса и сыновья: Иван, Капитон, Александр, Алексей, Павел и Михаил. Братья Михаила Артемьева - Иван, старше четырьмя годами, Алексей, Капитон, воспитываются в Ефремовском уездном училище, известно, что трое из них, и проживали в Ефремове. В жизни Иван, Капитон, Алексей сделали карьеру на юридической стезе. Капитон, коллежский регистратор, служит в Черни судебным приставом в 1872-76 годах; Иван, будучи награжден медалью в память войны 1853-1856 гг. (Крымская война, оборона Севастополя) становится коллежским секретарем, и.д. секретаря в Лебедянском уездном полицейском Управлении, там в Лебедяни у него и жены его Клавдии рождаются дети Варвара, Людмила, Михаил и Николай, который также в дальнейшем служит в г. Лебедяни и Тамбове - коллежский секретарь, письмоводитель уездного стряпчего, с 1871 года секретарь уездного правления. Ну а  Михаил Артемьевич, в чине титулярного советника, и Алексей Артемьевич возвращаются «домой», в Венев. Михаил в 1892-99 г. является гласным Городской Думы, гласным Уездное земское собрания, а также почетным гражданином Венева, человеком уважаемым, весьма разносторонним, щедрым меценатом. По смерти (в 1906 году) был им завещан капитал Веневской Городской думе на открытие, обустройство и содержание даровой столовой. В городе Веневе, на улице Володарского (ранее она называлась улицей Преображенской) сохранился дом номер 14, который был приобретен в 1899 году женой почетного гражданина города Венева Овсянникова - Екатериной Александровной.

Интересная особенностью больших семей в России было то, что детям, недолго раздумывая, часто давали одни и те же имена, с небольшим лишь уточнением "больший" или "меньший" чтобы не путать, но, конечно, судьба складывалась у них совсем по-разному. В семье Ивана Степанова Овсянникова из села Великое Поле было три сына, Тихон и два Петра - больший и меньший. Иван Степанович был дворянин, по данным на конец восемнадцатого века, военную службу не служил. Отец его, родом из того же села, однако же (на момент середины восемнадцатого века) указан был однодворцем (как уже упоминала, причина была в многочисленных неточностях и ошибках при составлении переписей и проводимых реформ) и лишь в 1797 году исключен он был из подушного оклада, и возвращено было ему и детям его первобытное дворянское достоинство. Для подтверждения родственных связей был  запрос о рождении и крещении: "сельца великого поля у неслужащего дворянина ивана степанова Овсянникова и законной жены его параскевы ильиной <......> родился сын петр <......> при крещении воспреемники были того же сельца неслужащий дворянин иван иванов овсянников и сельца адашево однодворческая жена аграфена ильина..." кстати, Аграфена Ильина в соответствии с другим документом была женой Ивана Иванова Овсянникова из Великого Поля, но здесь он указан дворянином и урядником, соответственно этот документ был составлен уже после того, как семье было возвращено дворянское достоинство. Также важно отметить, существовавшую уже на тот момент межсемейную связь Ильиных, Овсянниковых с. Адашево и с. Великое поле. Дела о восстановлении дворянства были нередки для этого исторического периода времени, в связи с необходимостью получения чина и возможности службы для детей своих, ведь военная реформа выявила необходимость обеспечения бывших военнослужащих гражданскими должностями, которые, в свою очередь, могли быть получены лишь детьми дворян. Так, например, для получения чина по первому классу и определенного разряда необходимо было получить подтверждение дворянства, указать наличие земли в собственности и пр. Хотя очень многие из семьи Овсянниковых служили во времена Петра I и позднее в Лейб гвардии, но поскольку государственное устройство постепенно изменяется, уходят старые потребности и возникают новые. В конце века семнадцатого, в восемнадцатом и девятнадцатом вместо военной службы становится более важным развитие почтовой связи, появляется класс чиновников, служащих, канцеляристов. А Госслужба, оставаясь важной, привилегированной требует для получения чина и должности определенных условий. Но, как и раньше, по долгу службы, служащие зачастую бывали и службу несли далеко от дома, так, например сыновья Ивана Степанова Овсянникова из Великого Поля Веневского уезда Тихон и Петр служили по почтовой части: Тихон служил Тульским почтальоном, двоюродный брат, Уар, сын Семенов, кузен, как называли по тогдашней моде, родом из Каширского уезда, неподалеку, стал губернским землемером но уже в Калужской губернии.

И после Владимира Егорова, вместе с ним, собрав необходимые документы подавали они прошение на высочайшее имя о восстановлении семьи своей дворянского достоинства "1792 года августа 4 дня слушали объявление веневской округи деревни великое поле от положенных из дворян в подушный однодворческий оклад тимофея афанасьева, владимира егорова, петра семенова детей овсянниковых ...... что просили высочайшего ея императорского величества даровать на право примущества россискому благородному дворянству мрошлого 1785 года апреля 21 дня грамоты веьлено (велено) ... одворянстве .... ? Доказательства кои все собраны и имеются в устано..? (...?) ..."
"по определению  Тульского дворянского депутатского собрания, состоявшегося 26 февраля 1827 г записан он в шестую часть дворянскрй родословной утвержден в правительстыующем сенате по департаменту герольдиии в 1847 г о чем и дано знать Тульскому дворянскому депутатскому собранию указом герольдии от 28 февраля 1847 года зал ном 3862 а как он состоит старшим в роде после покойного отца его семена степановича о скочавшегося в своем имении каширского уезда с уваровка похоронен при церкви троицы ... а потому пожелал получить дворянскую грамоту вследствие чего просить губернское правоение о ходатайстве на его установленный образца..."

Также хотя Иван Степанов из с. Великое Поле был потомственным дворянином, но так как отец его некогда был внесен в подушный однодворческий оклад (!), то теперь и ему и сыновьям его для получения должности непременно требовались документы семьи о дворянстве и службе (послужной список в дальнейшем) - а Петр, больший сын, начинал служить в Черни в 1841 году на почтовой службе.

Чернь - родина известного русского писателя Ивана Сергеевича Тургенева, здесь находится родовое имение отца, рядом с именем Спасское-Лутовиново, где родился, в Орловской губернии, здесь, под Чернью живописнейшее место, где часто бывал Иван Сергеевич - Бежин луг и протекающая здесь холодная, чистая речка Снежедь, поля и луга где он часто охотился и гулял.

Он с большим вниманием описывает каждый уголок здешних мест в своих "Записках охотника", и один из рассказов так и называется "Однодворец Овсянников", написанный в 1847 году, а если Вы бывали когда-нибудь в здешних местах, то наверняка знаете о деревне Овсянниково, как и та, что под Тулой недалеко от Ясной Поляны. Но, вряд ли Тургенев описывал в рассказе именно Петра, в рассказе его герой - человек солидного возраста, имеющий хозяйство, жена его также немолода. Петр Овсянников же на тот момент еще молод, хотя их знакомство вполне возможно, ведь в усадьбу свою возвращается Иван Сергеевич из Петербурга в 1841-42 годах, последующие годы довольно тесно общается и ведет переписку, в том числе и со Львом Николаевичем Толстым, и поскольку именно с этого времени Петр Иванович Овсянников служил в Черни в должности почтмейстера, вполне можно предположить его близкое знакомство с писателем. Позднее Петр был переведен в Тулу писцом казенной палаты, и был неоднократно повышен в звании став коллежским регистратором контрольного отделения казенной палаты, коллежским секретарем, и, наконец, надсмотрщиком полиции по г. Туле. Он имеет жительство в центре города, предположительно это ныне не существующий квартал домов между ул. Посольской (Советская), Суворовской (Красноармейский пр-т) и ул. Лейтейзена; Женат на Людмиле Алексеевой, дочери священника, от брака с которой рождается у него сын Николай, был крещен в Туле в церкви Николы на Ржавце (по ул. Революции) о чем свидетельствует метрическая запись от 1857 года. В юношеские годы служил Николай юнкером Преображенского полка. С должности почтмейстера крапивенской почтовой службы начинает двоюродный брат Николая, Михаил, рожденный в браке Тихона Иванова с Маврой Ивановой; надворный советник, коллежский ассесор, кавалер, он женат на Ольге Алексеевой, и от этого брака рожден был в г. Белеве в 1878 году сын Вячеслав.

Белев... город монастырей, садов и пастилы, шелка и кружева... но в древности он, как и Венев, Крапивна, Лихвин, и другие укрепные города в первую очередь должен быть крепостью, надежным стражем на пути неприятеля к земле русской. И спустя две сотни лет и через девять поколений родился Вячеслав, сын Михаила в городе, где "написано по государеву указу окольничий князь  иван васильевич хилков, да дьяк сафонов давали денежное жалование  дворянам и детям боярским укрепных городов тулян, коширян, алексинцев, коломчан, тем, которым во 154, 155, 156 годах были на службе наукрайних налинах и в я блож и в беле городе и в новоцареве алексееве городе по окладчиковеж сказкам наслужбе будут и тем жалование дано по четырнадцати рублев человеку, потом написано тула, по протчем значить городовые в числе коих явствует Любим Григорьев сын Овсянников, подименем его написано окладчики сказали службу служили в белеве городах был иволовое дело делаль и впредь службу его будеть..." славный предок его.

Но вернемся пока в Венев, где Любим Григорьев жил долгие годы с семьей своей, по призванию, воле своей и обязанности на рубеже русского государства, но жизнь его спокойной не назовешь...

Даже летняя погода не все­гда солнечна. Пасмурные летние ­дни, с темн­ыми, тяжелыми хмурыми­ облаками, сильным по­рывистым, ревущим вет­ром обладают едва ли ­не большей дикой, пер­вобытной природной пр­елестью. Понимаешь, к­ак мал человек, как ничтожна хрупка, одино­ка и беспомощна жизнь­ его в безудержном ра­згуле стихии. Магнети­ческая сила этого мес­та в такую погоду уси­ливается многократно,­ она чарует и пугает ­одновременно. Как раз­ эту силу и мощь чувствуются у место слияния Осет­ра и Веркуши у деревн­и Махринка. Находки, обнаруженны­е здесь археологами, позвол­или датировать сущест­вовавшие здесь поселе­ния 15-16 веком и р­анее, в 13-14 веках. Легенды повес­твует о богатырях, ра­збойниках... Место­ было неспокойное. Ря­занщина, Москва, водн­ая граница Московии в­ 12-13 веках, Дикое п­оле и непременная опа­сность с юга. Здесь, на круто­м косогоре ясно видиш­ь окрестности, как бу­дто ощущая каждой кле­точкой вековую память­ этой доблестный земл­и.

Лишь немногим раньше п­о Осетру располагалис­ь проездные Потетины ­ворота Картасеневской­ Засеки и Венев-монастырь; дальше, к Ок­е - Щучий городок и Грабороновы ворота, за ними Кашира, укрепления Зарайского кремля.

Характерной, стратегически важной особенностью размещения, устроения и создания городов в древности, в средние века было его размещение либо на уже существующей в ландшафте, либо искусственно созданной возвышенности, что важно и удобно было и для обзора, предупреждения опасности и для защиты его извне. А на некоем расстоянии от города часто был монастырь, где при приближении врага могли укрыться и защиты просить мирные жители, но кроме того монастыри выполняли также и функцию своеобразного раннего пограничного поста, откуда могли предупредить город о готовящемся нападении, и часто ранее всего туда доходили сведения о военных нападениях, диверсиях; такая вот своеобразная многоступенчатая система дозора и охраны. Вокруг самого города ставили тын, перед ним валы ("воловое дело", так назывался вид службы по возведению этого вида укреплений). Кроме этого, как правило, был ров с водой, а чаще город располагали на берегу реки, чтобы водная гладь стала для врага еще одним препятствием. И еще! Немаловажной деталью был психологически создаваемый барьер величия, монолитности, значимости, внешней неприступности города-крепости. С воды,с противоположного берега впечатление это усиливалось в разы. По такому принципу устроены были города на Руси - Владимир, Муром, Москва, Рязань, Орел, Елец, Тамбов, Лебедянь, Мценск, Козельск, Тула и города Тульской Засечной черты - Одоев, Венев, Крапивна, Лихвин и Белев.

Подробно ознакомившись с трудом Е. Щепкиной узнаем, что одним из наиболее древних и сложнейших участков был как раз участок между Щегловской, Веневской, Веркушевской, Картасеневской и Каширской засеками. Этот небольшой участок имел ворота называемые "Потетины ворота", располагавшиеся на участке между Богоявленским, Венев-монастырем и Великим полем. Именно эти земли были "написаны поместный оклад..." и "прожиточное имение" для Любима и семьи его. В своём исследовании она использует документы, называемые "дозорами", описывающие географические и топографические особенности местности, засеки и их устройство. "О Кортосеневской засеке есть подробный дозор от 1660 года. Она шла от Великого поля до с. Богоявленское где соединялась со Щегловской засекой и имела около 19 верст в длину (около 500 сажень).... в черте ее лежал Венев монастырь ... как раз на середине ея лежали единственные в ней Потетины проезжие ворота по одноименному селу рядом с ними....." пишет Е.Щепкина. Деревня Потетина, вблизи которой и располагались некогда ворота (вероятно  останки это гряда слегка заметных возвышений - валы, рвы у возвышенности к юго-западу от деревни по направлению к р. Осетру) находится в живописнейшей местности в окружении лесов Картасеневского лесничества.

Все глубже в лес, и светлые солнечные блики сменяются темным кудлатым сумраком чащи, запах луговых трав - прелью, сыростью и тиной и еще какой-то сладковатой пряностью. Тишина до глухоты и предательский громкий треск сухих веток под ногами, эхом оповещающий о твоем присутствии. Вдоль просеки поваленные деревья, вырванные с корнем, вывороченные невиданной силой. Все темнее и гуще, сумрак становится плотнее и тревожнее, сладкая тягучая недвижимая стоялая безмолвная неизвестность, безвременность. Страх подкрадывается сначала к затылку, груди, сердцу, овладевая дальше всем сознанием от невыразимой безвестности. Впереди свет, вот кажется конец лесу, но нет, это всего лишь поляна, и, готовый обрадоваться хотя бы солнцу и недолгому привалу столбенеешь от ужаса, слыша эти дикие звуки... Две куницы не поделили территорию и кубарем вылетели прямо на просеку, кусая друг друга и визжа. Едва переведя дух, краем глаза под ногами замечашь следы. Ээээ, да это молодые хрюшки...ох, следы хоть и старые, но как-то не по себе... А вот и косуля из-за куста уставилась на тебя своими темными изящными глазами и тут же скрылась… Ранее дорога от деревни и Потетиных ворот шла напрямую через лес к Венев-монастырю минуя Бурдуково (Бардукова) и Лямжино (Лямзина), чуть в стороне от деревни Мильшино. Кстати, именно об этом "продал имение пустоши Лямжина... полковнику Бибикову..." идет речь в документе о продаже в 1775 году генерал-майору Илье Богдановичу Бибикову, владельцу усадьбы в Мильшино, земельных участков, принадлежавших по праву наследства потомственным дворянам Овсянниковым Владимиру, Наталье Овсянниковым и Андрею Грецову, мужу двоюродной сестры, что стало возможным по государственной реформе о возможности продажи военными их поместных жалованных окладов. "Запрадедом моим Антоном Сафоновым сыном иего детьми и моими дедами родными Егором двоюродным Парфеном Овсянниковыми состояло неделимое? имение поразмы... дача.. обназ... инн.. в тульском уезде веркошского стану церве.. деревни великое поле наречке навзбуноше и не речке наверкуше цер...пустоши что была деревня лямжино апас.. то назубцовом верху с разными пустошами и хуторами имение состоить законными наследниками я именно дабратья мои двоюродные николай, василий, андрей, иван, володимеровы дети овсянниковы, то именно оное имение занами ....... чего ради прилагаю ... нашего поколенную роспись"...А к северу от ворот в лесах было несколько поселений (Адашево, Глебково, Потетино-Верино (ныне не существует; ранее там был приход и деревянный храм, где и венчались родители моей прабабушки Елизаветы Николаевны, сейчас не существует) Студенец, Соньшино, Сасово и Великое Поле. Атмосферная напряженность предгрозовой тишины так близка этой земле! Покоя здесь было мало, земля была в веках рубежом Московии, ее мира и тишины.

Дивным летним утром, когда прохлада бодрит, а прозрачная утренняя роса дрожит бисером на изумрудной траве, легкие солнечные лучи пронизывают сумрак леса все еще робко, но все более настойчиво, готовя к дневной полуденной жаре. Под глухим пологом зеленой тени алеют рубиновые полупрозрачные ягоды душистой малины. Великое Поле...Дикое поле... так называли эти места за Окой, когда дальше на юг края были пустыми, разграбленными, "запустевшими от татарские войны", где жить было очень сложно из-за частых опустошительных набегов кочевников. Такое название имеет и деревня вблизи некогда границы Веневской и Каширской засек, у края Картасеневского лесничества. Лес близ деревни огибает ее полукольцом, с другой стороны течет река Лесная Веркуша.

Деревня Великое Поле была краевой к Кашире и Москве на этом участке засек, соединительным узлом Веневской и Каширской засек. И сейчас приезжая в это отдаленное селение в окружении Картасеневского лесничества очевидны ощутимые плюсы ее расположения и для дозора, и для охраны. С небольшой возвышенности открывается прекрасный обзор на юг и в то же время близость леса с севера и запада облегчает охрану и отступление в случае необходимости укрытия.

Имение в д. Студенец, ближнем к с. Великое Поле, до перехода к Вяземским принадлежало Долгоруким (при нем был построен в Студенце храм в честь св. Георгия Победоносца, сначала деревянный, а уже после, на средства прихожан перестроен каменным) и до поры нужды искать подтверждение своим службам для семьи Овсянниковых не было, вполне допустимо, что непосредственная близость имений и их владельцев при тесном общении частично снимала необходимость такового подтверждения, так как Овсянниковы были на службе по спискам при князе Долгоруком. В документе сказано было так: "Смотря и разборустольный князь Прохорь Григорьевич Долгоруков да онаго подьячьего Шестакова и протчее значить Тула потомь городовые оклады верстаны и по разбору и по окладчиковым списка заскудостью врейтерскую службу написаны ... поместный оклад подесяти четь в числе коих занчится сафон любимов сын овсянников а в поколенной росписи написан сафон дмитриев сын(?) подименем его написано посписке (?) подаль разбору служил он службу згородом по туле со 164го году и на службе збояры и воеводы сприезду и поотпуску бывал а поместными окладами верстан вдве те четей, ачто данег того он неупомнить, а по..естья за ним в тульском и веневском
... <....> написано в 703 году апреле в 23 день по памяти и по приказу военны дел за приписью дьяка микиты по..ва и по памяти в разборе навыпи ке дьяка евстигнея фомина андрей овсянников написан драгуном, в перепис книгу аоя значила о коей в описи по де (?) номер 94 написано 205 году переписные книги недоросли города тулы Кошир.. серпухова алексина одоева крапивны дедилова стольника князь василия оболенского за ево рукой, а в начале той книги значить тула недоросли полковые сотенные Службы а потом попротчем написаны недоросли рейтар кие дети тульского уезду посемнадцати лет в числе которых знаится данила сафонов сын овсянников а протчих написанных в поколенную росписи фамилии овсянниковых имена по гроду туле также в даче напоместные земли жалованных грамот и в подаче вродословных росписей попописям бывш(?) разряду не сказалось"

Но со времени того многое изменилось, одной из главных проблем с некоторого времени для военных была "скудость жалования", которая вынуждала военных имения свои продавать начиная со времени разрешения таковых операций с землей. Но, разумеется и эта единовременная мера не могла спасти бедственного положения многочисленных семей, что неизбежно вело к нищете. Вынужденные пребывать на службе, хозяева сами с хозяйством справиться не могли, но и заплатить достаточно, чтобы обеспечить труд наемных было сложно. Ну как тут не вспомнить строки описания портрета Якова из "Записок охотника" И.С.Тургенева "Однодворец Овсянников". Кстати стоит отметить, что равно как у Тургенева, так и во многих других источниках почти единогласно отмечается, что у однодворцев было гораздо более лояльное демократичное отношение к наемным работникам, нежели у крупных помещиков-землевладельцев, зачастую они и работали вместе, хотя юридически одни были  работниками, другие хозяевами. Вся эта довольно пестрая картина жизни в России наглядно доказывает, что реформа, в том числе и военной службы была необходима.

Ф. 39, оп. 2, д. 1640; 1643 ГАТО; Ф.93, О 1-3, ФПР 1275;  “Тульские губернские ведомости”, 11.11.1906 (№219), с.2-8.(с изменениями и исправлениями из №232 от 30.12.1906) (veneva.ru); Писцовые книги XVI века под ред. Н.В.Калачова -Спб.,; Ф 382, о 1, д. 9, ГАТО; Ф.379, о1, д.8, ГАТО;
Щепкина Е.Н. Тульский уезд в XVII веке: его вид и население по писцовым книгам. М., 1892(г.с-цо Овсянниково (в 3 вер.) в писцовых книгах 1628-1678 гг. упоминается как «деревня Овсянникова» Заупского стана); Мигунов Ю.В., Шебанов А.В. Уездные дворянские корпорации России XVI-XVII вв.: внутреннее устройство и роль в системе государственной службы. Нижний Новгород, 2001.
Тургенев И.С. Записки охотника. Однодворец Овсяников // И.С. Тургенев. Полное собрание сочинений и писем в тридцати томах. М.: Наука, 1979. Т. 3. С. 58—74.; http://www.veneva.ru/preob2.html; Бразилевич В. М. Веневские засеки. Несколько документов к истории Веневских засек в XVII веке
http://dvorianstvo.org/chto-sleduet-znat-o-rossijskom-dvoryanstve/razlichiya-sredi-dvoryanstva; Белоцерковский Г. М., Тула и тульский уезд в XVI-XVII вв. Киев, 1914
Клянин Р. В. Древнерусские города Чернигово-Рязанского порубежья в Xlll - Xlv вв. Сборник краеведческие чтения, посвященные 220 летию образования Тульской губернии. Тула, 1997 г.
Сахаров И. П. Памятники Тульской губернии, спб, 1851 г.
Орлов А.С., Георгиева Н.Г., Георгиев В.А. Исторический словарь. 2-е изд. М., 2012, с. 526.
Бескровный Л. Г. Русская армия и флот в XVIII веке. М., 1958;
Поpфиpьев Е. И. Петр I - основоположник военного искусства русской регулярной армии и флота. М., 1952;
Бобровский П. О. Военное право в России при Петре Великом. Ч. 2. Вып. 2. Спб., 1886.

 

 

 

 

 

Ф. 39, оп. 2, д. 1640; 1642 ГАТО; Ф.93, о. 1, д. 3709, ГАТО; Ф.93, О 1-3, ФПР 1275;  “Тульские губернские ведомости”, 11.11.1906 (№219), с.2-8.(с изменениями и исправлениями из №232 от 30.12.1906) (veneva.ru)$ Писцовые книги XVI века под ред. Н.В.Калачова -Спб.,1872 г.; Тульский краеведческий альманах. Дм. Орлов. «Малоизвестные Толстовские места», 2002; Щепкина Е.Н. Тульский уезд в XVII веке: его вид и население по писцовым книгам. М., 1892( г.с-цо Овсянниково (в 3 вер.) в писцовых книгах 1628-1678 гг. упоминается как «деревня Овсянникова» Заупского стана); Мигунов Ю.В., Шебанов А.В. Уездные дворянские корпорации России XVI-XVII вв.: внутреннее устройство и роль в системе государственной службы. Нижний Новгород, 2001.