карта сайта
                           

 

 

                                                      WWW.VENEVA.RU   
                                                                        
 

 

Познавательный ресурс по истории города Венёва Тульской области и его окрестностей

 

Главная
История
Путеводитель
Находки
Фотографии
Туризм
Библиотека
Клуб
Форум
О проекте

 

 

 

 

 

СчетчикиRambler's Top100

 

© Денис Махель,
2004-2017

Все права защищены. Воспроизведение материалов сайта без согласия автора запрещено.

19:41

Электронная библиотека

 

 

Веневский Воскресенский собор,
 его причт и прихожане с 1803 года

Прибавления к Тульским Епархиальным Ведомостям,
№№73, 74

I

Веневский Воскресенский собор расположен на крутом, обрывистом мысу, образуемом р. Веневкою и перемежающимся потоком Моржовкою, который в старых книгах тоже писался рекою. Здесь в давние времена существовала крепость, стоял воеводский дом и другие казенные здания, здесь же в незапамятный времена находился и древний, по преданию деревянный, Параскевинский собор, который за ветхостью был разобран, и на месте бывшего алтаря, шагах в 10-ти от нынешнего собора поставлена небольшая каменная часовенка, которая, при тщательной поддержке, существует и до настоящего времени. К сожалению, на таких памятниках не делается никаких надписей. Поэтому, за неимением документов, нельзя, даже приблизительно, определить времени, сколько существовал этот храм и когда упразднен. - На место Параскевинского собора построен новый, каменный, о пяти главах, су­ществовавший в таком виде до начала нынешнего столетия. Он именовался Воскресенским, что видно и из надписи на колоколе, вылитом для этого хра­ма в 1795 году. Кроме того в нем было два придела: один во имя Благовещения Пресвятой Бого­родицы, а другой во имя святой мученицы Параскевы.

С поступлением в веневский собор протоиерея И. И. Пылаева стали изыскивать средства к перестройке этого храма, по рассказам стариков очень тесного; на каковой предмет, марта 24-го 1803 го­да, и была выдана храмозданная грамота за подписью и печатью преосвящ. Мефодия, первого епископа тульского. Оба придела были освящены в один день, мая 29 1805 года: южный благовещенский преосв. Амвросием, а северный Параскевинский протоиереем Пылаевым. (* - Первый, вероятно, в поздней литургии, а второй в ранней) Так как иконостасы в то время были еще не совсем готовы, то, по приведении их в настоящий порядок, они были снова освящены в 1813 г. по чину малого освящения. В 1817 г. было преступлено к разборке настоящей, которая потом была отстроена в 1824 г. и освящена преосвящ. Дамаскиным в 1825 г. мая 19-го. В 1845 г. трудами старосты И. Д. Глухова устроены в настоящем храме и в придельных новые иконостасы.

В таком виде Веневский собор существует и до настоящего времени.

Длина собора с колокольнею 25 саж., ширина 6. Из подошвы крутого берега, как бы из подножья главного алтаря, бежит ключ с превосходной водою, из которого устроен колодезь, питающий весь город и заслуживающий мраморного бассейна, - Здесь совершается освящение воды в день преполовения Пасхи, 1-го Августа и, изредка, когда случится теплая зима или оттепель, в день Богоявления Господня.

Внутренность храма невольно вызывает в памяти церковную песнь, которая поется в день Обновления Храма Воскресения Христова, в простонародье славущая; храмовой праздник в соборе: «якоже вышния тверди благоление и нижнюю споказал еси красоту селения славы Твоея, Господи»... Кто заходил в собор, хотя на минуту, тот выносил отсюда, если можно так выразиться, впечатление живой религиозной радости. Такому впечатлению много способствует и чрезвычайно выгодное его освещение: почти сорок окон, при открытом местоположении, не оставляют в тени ни одного лика, исключая про­хода из трапезной церкви в настоящую. Послед­няя, устроенная в три света, не считая окон в фонаре, имеет постоянно как бы праздничный вид. Стены собора и купол расписаны иконописными изображениями святых и предметами из священной истории. (* - Если бы вместо этих, так редко удающихся у нас al`tresco, стены собора были отполированы под мрамор, как в Николаевской церкви, по внутренность собора, кажется, получила бы характер величественный. - Впрочем иконопись в соборе, как по выбору предметов, так я по кисти, может назваться относительно удачною.)

Богатства собора в церковной утвари, в ризах и венцах значительны, но не приведены еще в точную   известность. - Древностей в собственном смысле в соборе почти нет; но таких предметов, которые существуют около или более ста лет, до­вольно. - Так в числе напрестольной утвари есть дискос 1757 года; а в церковной библиотеке есть книжка 1734 г., впрочем не составляющая библиографической редкости, рукописное «Молебное пение на восшествие на престол императрицы Анны   Иоанновны». - Из числа икон две - св. мученицы Параскевы с изображением её страданий   и св. Иоанна Бо­гослова с апокалипсическими  изображениями: жены, облеченной в солнце, зверя, имеющего семь голов и десять рогов и проч., знатоки, в том числе и староверы, относят к глубокой старине. Обе они по преданию перенесены из древнего   Параскевинского собора, и в народе пользуются   славою   чудотворных. С давних времен к собору приписа­но 89 десятин писцовой земли. Доходом пользуется причт.

Предтеченская кладбищенская церковь только лет двадцать тому назад получила особого священника; до этого же времени служба в ней отправлялась по очереди причтами всех городских церквей, в том числе и соборной. С 1807 года к собору приписаны Спасо-Преображенская церковь, которая до этого была самостоятельной.

II

Рассказав в кратких чертах историю храма, мы сказали очень мало. О храмостроителе и прочих способниках этого божьего дела мы имеем гораздо больше сведений; и так как большая часть их почили сном вечным, то не вспомнить о них было бы непростительным упущением.

Нет никакого сомнения, что первый камень в основании собора положил протоиерей Ив. Ив. Пылаев, бывший, как говорят, одним из первых жертвователей в пользу задуманного им же самим предприятия. Любимый паствою и вообще горожанами, на которых имел сильное влияние Ив. Иванович был советником храмостроителя и руководителем дела до самого его окончания. О нем будет сказано ниже.

Веневский купец Иван Лукьянов жертвовал для собора большую часть строительного материала. Он же завещал причту на вечные времена проценты с 300 р. асс. Умер около 1822 г.

Михаил Александрович Картуков, кроме трудов по должности строителя, также как и Лукьянов жертвовал материал для постройки. Сохранилась шнуровая книга, выданная из консистории Михаилу Александровичу для записи пожертвований «на возобновление храма и покупку колокола», из которой видно, что в 1806 году собрано было на этот предмет 461 р. 62  к., в 1806 году им же собрано на покупку новых сосудов и починку старых 261 р. 65 к. Других документом о его деятельности не сохранилось. Михаил Александровичи служил сначала бухгалтером и казначеем веневского уездного казначейства, а потом винным и соляным приставом. Скончался в чине титуляр. советника, 1826 г., декабря 24, от водяной, на 60-м году от рождения. Старшие сыновья его Алексей и Василий Михайловичи, преемственно, один за другим занимавшие;   отцовские должности, отличались тем же усердием к храму Божию.

Один из самых энергических деятелей по сооружению храма был соборный диакон Евфимий Иванович Гастев. Потеряв в первый же год службы, 1807 года, юную, семнадцатилетнюю супругу, он всю душу посвятил новостроящемуся храму. Можно сказать, что душою он жил в этом хра­ме. От зари до зари он находился при постройке, надзирая за рабочими, или сам работая, или же собирая пожертвования, не пренебрегая при этом случае ни локтем холста, ни десятком кирпичей. Этот достопочтенный человек, по справедливости заслу­живши память и любовь народную, имел счастье дожить до освящения храма. Сконч. 1828 г. сентября 29, 46 лет от рождения и, как показано в метриках за этот год, от чахотки.

Тимофей Андреевич Сарычев титул, сов., бывший уездный стряпчий (сконч. 1853 г. от удара, на 83 г. от рождения) и супруга его Авдотья Петровна (умерла того же года также от удара на 77 году возраста), при жизни нередко обогащавшие ризницу собора, завещали в пользу его 1764 р. 28 к.  сер. (6175 р. асс.), и  несколько икон в серебряных ризах. Они же завещали в пользу приписной к собору Спасо-Преображенской церкви, на распространение её и устройство в ней придела во имя Боголюбской Божьей Матери, 6000 р. сер., что ныне и приведено в исполнение.

Алексей Петрович Бобриков из дворян. кол­леж, регистр., завещал некоторую сумму на приобретение большого соборного колокола (260 п.). Вероятно сумма эта значительна, так как имя жертвователя, вместе с именами протоиерея И. И. Пылаева и церковного старосты И. Д. Глухова, отчеканено на самом колоколе. Ал. Петрович скончался в 1832 г., 73 лет от рождения.

Александра Дмитриевна Клементьева, вдова коллежского асессора, отличавшаяся при жизни усердием к церкви и особенным усердием по отношению к духовенству, положила в банк на вечное обращена 300 р. сер., с тем, чтобы одна половина процентов с этого капитала поступила на украшение любимого ею храма, а другая в пользу его служителей. Сконч. апр. 14 1870 г.

Кстати сказать еще о двух лицах, завещавших капиталы собственно в пользу духовенства: Ив. Ив. Титов и И. Д. Глухов оставили духовенству, для пользования процентами: первый 143 р., а последний 75 руб.

Веневскому купцу Ивану Даниловичу Глухову, по всей справедливости, принадлежать первое место между достопамятными лицами прихода. Избранный в 1823 г. в старосты собора Иван Данилович не сходил с своего поста в течении 16-ти трехлетий, пока не успокоился после своих неусыпных трудов под сению этого самого собора, в устроенной им из цоколя прекрасной ограде, в тени насажденных им деревьев. Ив. Данилович,  уважа­емый всем городом, был любим и тульскими преосвященными, которых имел честь принимать у себя в доме, особенно преосвященным Дамаскиным, а в 1837 г., августа 18, имел счастье  получит в подарок золотые часы из рук квартировавшего у чего Наследника престола, ныне славно царствующего Государя Императора, в то время путешествовавшего по России. Начальство умело ценить по достоинству заслуги Ивана Даниловича: он имел похвальный лист (за три безупречно пройденных выбора), получил благословение Св. Синода и имел две больших золотых медали на анненской и Владимирской   лентах. Скончался от водяной бол. мая  29-го 1869 г., на 77 году от рождения. Ив. Данилович отличался бережливостью  истинно купеческою: ни одного огарка, ни одной капли воска у него не пропадало. Не смотри на  то, если принять в соображение малолюдность и бедность прихода, церковные доходы не могли быть значительны. Удивлялись, откуда он брал такие обширные сред­ства для украшения храма. Ив. Данилович на этот счет был не разговорчив. Но, умирая, нарушил тайну, указав на одного именитого гражданина, который до этого времени, оставаясь в тени, более нежели кто другой заботился о благолепии дома Божия  (*-Укажем на главные его приношения: в настоящем храме: великолепные царские врата и хоругви; и иконы: Вознесения Христова в огромных размерах, изведение Иисуса Пилатом, несете креста, распятие Иисуса Христа,   образ Богоявления Господня, Всех скорбящих радости, икона, изображающая Спасителя, благословляющего хлеб, Преображения Господня, Благовещения Прес. Богородицы, Входа в Иерусалим, Воздвиженья креста, Рождества Иисуса Христа, Сретения Господня, Собора Прес. Богородицы, икона Тихвинской Божьей Матеря с её чудесами, Архангела Михаила, в благовещенского приделе: Иерусалимской   Божьей Матери, Предтечи Иоанна (во весь рост); в Параскевинском приделе: мученицы Параскевы, трех святителей, праведной Елизаветы и преподобной Ксении. На все эти ноны возложены позлащенные, большею частью серебряные,  ризы. Его же усердием расписана трапезная церковь.).

Этот благородный гражданин, служивший не одному только соборному храму, но и многим другим, являвшийся великодушным другом у кровати больного и при гробе умершего, не забывавший своею помощью ни школы, ни дымного пожарища, ныне достойно избран председателем соборного приходского попечительства.

Место Ивана Даниловича как бы по преемству занял единственный (из оставшихся в живых) сын его Н.И. Глухов, который, не смотря на недавность своего избрания (он не прослужил еще первого трехлетия) успел обновить наружность собора штукатуркою и краскою и вызолотил кресты, а внутренняя стены, в соучастии с другим лицом, украсил иконописными изображениями, сверх того обогатил ризницу собора великолепными священническими и диаконскими облачениями и напрестольными одеждами.

Судя по этому доброму началу, можно думать, что Николай Иванович пойдет по следам своего доблестного отца.

 III

История соборного причта, с давних времен, рассказанная в надлежащей полноте и последовательности, была бы не безынтересна, как эпизод из жизни сословия. К сожалению, в настоящем   случае мы должны были или вовсе выбросить этот отдел статьи, или ограничиться самыми скудными биографическими данными и за исключением  двух-трех случаев, почти голым перечнем лиц, священнодействовавших в соборе с 1803 года.   Решаемся на последнее. Предлагаемые сведения о причте извлечены из документов соборного архива: а) из метрик с 1803 г.   в) из духовных росписей с 1821   с) из клировых ведомостей с 1830 г., д) частью из обысков и из   ревизских сказок VII и VIII народных переписей и некоторых других отрывочных актов. Из этих-то сухих материалов, дополненных рассказами очевидцев и современников о тщательно проверенными преданиями, составились краткие жизнеописания прот. Пылаева и других.

Прочитав не один раз метрики с 1803 года мы были поражены следующими необъяснимыми фактами: 1) почти никто из священнодействовавших в собора лиц (за исключением выбывших из собора, о которых мы не знаем, и протоиерея Дружинина) не достигал глубокой старости; и напротив большая часть их умирали, едва вступая в возраст зрелого мужества; 2) чрезвычайно, ранним вдовством их и 3) тем обстоятельством, что как сами они, так и их супруги, умирали в большинстве случаев от чахотки. Нёт ничего удивительного в том, что священник при определении рода болезни, сделает ошибку; но смешать горячку с чахоткою мудрено. Последняя всегда представляет ясные признаки медленного истощения сил в первой половине человеческого возраста.

 ПРОТОИЕРЕИ

Протоиерей Филипп Прокопьевич. Упоминается в соборных метриках с самого начала 1803 года и в том же году, 24 декабря, показан умершим от чахотки на 48 году от рождения.

Протоиерей Иван Иванович Пылаев. Поступил в Вёневский собор в том же 1803  году; некоторое
время обучался: в московской духовной академии до её преобразования,  где был близким товарищем и другом покойного митрополита московского Филарета. Об этих отношениях лучше всего свидетёльствует собственноручное письмо московского Святителя к протоиерею Ивану Ивановичу, которое сохранилось хотя и в подлиннике, но к сожалению довольно испорченном времёнем и чьим-то небрежным хранением. На этом письме рукою Ивана Ивановича сделана пометка: «получено мая... дня 1816
года». Вот что пишет покойный   митрополит сво­ему товарищу:

«Почтеннейший Отёц!

«Любезный Друг!

«Письмо Ваше ни в каком случае не было бы мне в тягость, а после толь долгого молчания принесло мне особенное утешение.

«Теперь уже не время считаться в прошедшем. Вы, может быть, правее меня, потому что менее знали о месте моего, нежели я о месте Вашего, жительства. Что принадлежит до разности состояний, Вы напрасно ищете между ими такого же расстояния как между Веневом и Петербургом. Это так ясно, что я не считаю нужным сказать....

«Близости душ, есть ли они одинаково настроены к истинному и чистому.... ничто не должно пре­пятствовать. Наша давняя дружба (Вы не употребили сего имени, но надеюсь не отречетесь от него) связана была не пороком или страстью, но тихою искренностью при единстве упражнений. Не забыл я и того, что когда слабость глаз не позволяла мне писать уроков, Вы доставляли мне самую велико­душную помощь. По сим обстоятельствам, будьте уверены, что я и теперь с истинным удовольствием нахожу себя в том же с Вами отношении, как некогда в Лавре.

«Не поставляйте в противоречие с сами чувствованиями продолжавшегося доселе моего молчания. Григорий Егорович скажет Вам, что я и к нему не пишу подолгу (*-Григорий Егорович Пономарев - товарищ и друг покойного митр. Филарета). Дело, полуделье, а иногда может быть и безделье, опутывают совершенно.

«Делая то, что неизбежно, с трудом иногда отор­вешься исполнить то, что хочется».

К сожаление на этом слове мы должны оста­новиться, так как другая половинка листа, на котором писано письмо, не сохранилась. Письмо заканчивалось скромною шуткою: «ожидали ли Вы столько пустословия от преданного Вам Филарета. (**-В 1816 г. Филарет был архимандритом и ректором СПб. академии) Существовало также другое коротенькое письмо, в котором преосвященный Филарет сожалеет о раннем вдовстве Ивана Ивановича: «Рано Бог посетил Вас одиночеством» и благодарит за присылку «тульской выдумки»; была ли то изобретенная око­ло того времени машинка для очинки перьев, или другая какая вещица тульского изделия,  неизвестно.

Памятником этих дружественных отношений может служить также епитрахиль, сделанная по смерти Ивана Ивановича из пояса присланная ему в дар Преосвященным Филаретом, и до ныне употребляемая в веневском соборе.

Протоиерей Ив. Иванович был  человек   испытанный бедами. Будучи тридцати лет, он похоронил (1812 г. марта  14-го) двадцати шести летнюю жену, которая умерла от родов, и  на её надгробном камне до сих существует краткая надпись: «Жена егда раждаетъ, скорбь имать», другая же по­ловина стиха: егда же родитъ отроча, ктому не пом­нить скорби за радость, яко родися человъкъ въ мiръ» не дописана; так как несчастная женщина не имела этого утешения, - она родила мертвого. Двое малолетних детей Ивана Ивановича умерли   от   оспы; старший сын, служивший некоторое время в веневском казначействе за какие-то грешки отдан в солдаты; дочь, выданная замуж за священника потеряла рассудок. Мать, которая своим теплым участием могла бы отчасти облегчить его горе, сама умерла спустя два года после невестки (1814 г.). Одна  только свояченица, выданная ими за соборного же священника Ивана Ивановича Алексеевского, после несколь­ких лет бедственной и тревожной  жизни с мужем, лишившимся рассудка, по отправлении его в тульский дом ума лишенных, переселилась в дом протоиерея и делила с ним горе до самой его смер­ти. Протоиерей Ив. Ив.  Пылаев скончался 1838 года, апреля 7 дня от скорбута на 55 году от рождения.

Протоиерей Сергей Васильевич Дружинин. Первую половину своего служебная поприща проходил в г. Епифани с 1816 года учителем, с 1819 г. священником, а с 1825 г. инспектором духовного училища. Перемещенный в Венев вместе с училищем в 1839 г. возведен в сам протоиерея.

Занимал разный должности - благочинного, цензора проповедей, увещателя, члена и директор разных местных комитетов. В 1858 г. вышел за штат. С 1843 года за 27-летнюю училищную службу получал полный пенсион, половина которого перешла и к вдове, его. Последние лет десять или двенадцать до самой смерти был духовником городского духовенства. Священствовал слишком 50 лет. Скончался 10-го июня 1870 года, восьмидесяти лет. 11-го погребен при веневском соборе. Протоиерей Серей Васильевич обладал обширною богословскою ученостью. Этому он был обязан сколько своим природным средствам, столько же и неутомимым трудам в юношества. И то, что было им приобретено на студенческой скамье, он, в течении всей своей жизни, дополнял, разрабатывал и передавал другим, не переставая заниматься чтением до совершенной потери зрения на 78 году от рождения, не переставая сноситься с учеными, в том числе и с знаменитым О.А. Голубинским. Богословской учености он положил прочное начало уже в семинарии под руководством лучшего в свое время профессора У. С. Ненарокомова. По окончании курса ему готовили медицинское поприще, но он уже сделал свой выбор, и его послали в московскую духовную академию, где в то время в числе начальствующих и профессоров находились лица, занимавшие в последствии две первые церковные кафедры в России: преосвященные митрополиты Филарет киевский и Никанор С.-Петербургский. Без всякого сомнения такие встречи, и притом в юношеском возрасте, не могли остаться без влияния на Сергея Васильевича. Спустя долгое время по выходу из академии, (которую оставил по совету известного в истории врачебной науке Мудрова), он имел случай побеседовать с преосвященным митрополитом Филаретом, при чем московский  Иерарх подарил ему на память только что сочиненный им с текстами на русском языке православный катехизис. Как педагог Сергей Васильевич был лицо замечательное. В то время, когда не существовало ни педагогических съездов, ни педагогических журналов, ни порядочных учебников, когда в самом обществе, в большинстве случаев, смотрели на школу, как на средство приобретения служёбных преимуществ, или успеха в свете, он выработал свою собственную твердую систему воспитания, которая постояла бы за себя и в наше время, так богатое улучшениями в области педагогии. Это был истинный друг юношества. Тот, у кого сохранились учебные тетрадки времен Сергея Васильевича, в каждой строке им продикто­ванной найдет полезное сведение или добрый совет (*-Один раз, просматривая с полдюжины собранных им разных новейших прописей Сергей Васильевич заметил: «Это ничто иное как красивые буквы, в которых школьник, обучающийся письму не отыщет никакого смысла. К чему писать в прописи о Фракии и парламенте? Есть много предметов, понятных уму и сердцу ребенка: вот молитва благоразумного разбойника; вот изречение св. Митрофана: «употреби труд, храни умеренность» и проч. Скажут - это маловажно. Нет. В педагогике нет ничего маловажного и все должно быть направлено к одной цели. - Память ребенка это - магазин, из которого он продовольствуется в продолжении всей своей жизни.- В старину у нас и в католической Европе на распутьях прибивались дощечки с надписями, извлеченными из св. писания; и я уверен, что эти надписи достигали своей цели не меньше, чем том проповедей в не раз удерживали руку разбойника». Приведем еще один случай, свидетельствующий о своеобразности приемов Сергея Васильевича, как преподавателя.   Надобно, сказать, что Серий Васильевич, независимо от классных занятий, собирал у себя по очереди тех из учеников, на которых имел причины обратить особенное внимание. Эти репетиции в летнее время обыкновенно устраивались в его саду (в Епифани). Вот что рассказывал один из учеников его (ныне епископ): «один раз, во время заняли, Сергей Васильевич обратил наше внимание на стук, про­исходивший где то на кузнице. Прислушавшись, мы заметили нежный певучий тон, следовавший за ударом молота о железо, и он рассказал нам, как один муж древности, проходя мимо кузницы, заметил этот самый звук, и, на основании его, изобрел особого рода музыкальный инстру­мента. Туг же мы должны были изложить этот рассказ на бумаге по-русски и потом перевести на латинский язык. - Сергей Васильевич был отличный знаток древне-классической словесности, римские гекзаметры, которые он любил читать иногда вслух, были для него едва ли не самою лучшею музыкою. Будучи учителем латинского языка, он весьма искусно пользовался им, как средством облагораживающим учеников, поучая их образами и примерами великой древности. - Более подробная биография Сергея Василье­вича напечатана в Епарх. Ведом. за 1870 год.). Школа для него была как бы вторым храмом, и таким образом, будучи священником Сергей Васильевич был в то же время гражданином.

СВЯЩЕННИКИ

Священник Андрей Ивановым. С какого времени поступил в собор неизвестно. Подпись его встречается с первых страниц 1803 года. Скончался 1807 года 16-го июня от чахотки на  69-мъ году.

Священник Гавриил Андреевич начал службу в соборе до 1803 года. Скон. 1811 г:, 48 лег, от чахотки.

Свящ. Иван Иванович Алексеевский поступил в собор 1807 года. Первая подпись его встречается сентября 11-го; а с последнею 4-го окт. 1809 вероятно служба его кончилась, или была только номинальная. Впрочем в последующее годы до 1812-го, он не писался заштатным: у  него в это время даже рождались дети, - в 1810 г. сын, а в 1812 г. дочь, - оба умершие в младенчестве. В том же 1812 г., Ив. Иванович, которому в это время было 28 лет, был признан окончательно лишившимся ума и на его место назначен другой священник; а спустя 12 лет, в 1824 году, как видно из ревизской сказки VII и народной переписи, за малоумием отправлен в тульский дом умалишенных. И так как супруга его в духовных росписях за 1830-и год впервые записана вдовою, то можно заключить, что Ив. Ив. сконч. в 1829 году.

Свящ. Иосиф Иванович Алексеевский, родной брат Ивана Ивановича, поступил в собор в 1812-м коду и умер 6 го янв. 1824 года, 38 лет, от горячки. - Вдова и дети Иосифа Ивановича по смерти его испытали невыразимую бедность, и, после пожара, потребившего город в августе 1834 года, в продолжении восьми лет помещались в полуразвалившейся бане, что обозначилось и в клировых ведомостях того времени.

Священник Иван Романович Романов, сын свя­щенника каширского уезда села Городищ, служил в соборе с 1811 года по 1817-й, а в этом году переведен к тульской покровской церкви, где был протоиереем и одним из важных духовных лиц в епархии. В 1837 году за болезнью протоиерея Пылаева был командирован в Венев для встречи Наследника престола.

Священник Алексей Никитич Введенский, сын диакона городской Введенской церкви; первоначально поступил во священники в село Квашнино. В 1817 г. перешел в собор, где служил до самой своей смерти, в 1858 г., последовавшей от скоротечной горячки. Жил 68 лет, а в сане священника 41 год. Был строителем при распространении Спасо-Преображенской церкви, но за смертью успел положить только начало этой постройке.

Свящ. Петр Иванович Соколов. Поступил в со­бор в 1824 году, а в 1827 г. выбыл в село Мокрый Корь, на отцовское место. Имел в супружестве несчастную дочь протоиерея И. И. Пылаева.

Свящ. Никанор Матвеевич Успенский, сын свя­щенника села Прудищ; поступил в собор из села Мокрого Коря; первая его подпись в метрических книгах встречается в январе 1827 года. В 1834 году перемещен в г. Каширу, где ныне протоиерей.

Св. Афанасий Михайлович Покровский из диаконов тульской покровской церкви, поступил в собор в 1858 г. с 1861 года, по уничтожении третьего штата, до, 1864 года служил при соборе сверх штата, а в этом году перемещен в каширский собор.

ДИАКОНЫ

Стефан Тимофеевич. Сколько времени служил при соборе неизвестно. Ум. 1805 г. Апр. 30-го, как помечено в метриках от не известной болезни, 87-ми лет. Но эта цифра сомнительна. Таких глубоких стариков в метриках обыкновенно помечали умер­шими от старости.

Иван Герасимович Рясин начал службу в со­боре до 1803 г.; ум. декабря 16-го 1824 г. от ча­хотки, на 42 году от рождения.

Евфимий Иванович Гастев  ум. 1828 г. 46 лет, от чахотки.

Иван Тимофеевич Щеглов; прежде был дьячком в том же соборе, а по смерти Рясина в 1824 г. посвящен во дьякона. Сконч. 1828 г. Марта 18-го на 31 году жизнь, от чахотки.

Петр Алёксандрович Румянцев сын священника каширского уезда села Спас - на Журавке; в 1830 г. рукоположен в собор из пономарей тульской Владимирской, что за волом, церкви. В 1836 г. перешел во священники на отцовское место.

Василий Иванович Никольский рукоположен во диакона 1828 года, скончался 1845 г. от удара, имея 39 лет от рождения.

Алексей Петрович Соколов священнический сын; в 1839 г. рукоположен во диакона. После нескольких перемещений умер в селе Дедилове. Ал. Петрович был страстный любитель пения и вообще музыки, и был превосходный регент. Его хижина едва ли не каждый день оглашалась стройным хоровым пением.

Не упоминая о трех диаконах, прежде служивших в соборе, из которых двое ныне священниками, а третий переведен в село, скажем несколько слов о двух-трех лицах, принадлежавших к низшему клиру и живших на памяти прихожан.

Дьячек Егор Матвеевич Веневский, (ныне за штатом,) пономари Николай Саввич Хавский (умер 1862 г) и Иван Иванович Баршев, (ум. 1867 от чахотки), служившие одновременно, владели прекрасными и отлично выработанными голосами, и если во время службы к ним присоединялся диакон Алексей  Петрович с своим хором, то пения их можно было заслушаться. Некоторое время служил с ними и дьякон Аркадий Трофимович Архангельский, владевший сильным басом (умер в холеру 1848 г.)

Ив. Ив. Баршев почто до самой смерти (на 53-м году) занимался обучением детей, и много из богатевших купеческих фамилий обязаны ему грамот­ностью. До 1837, т. е. до учреждения в городе приходского училища и в 1844 году - подгородного озеренского - духовенство принимало сильное и деятельное участие в образовании города, и едва ли не у каждого причетника не было своей собственной маленькой школы.

Николай Савич Хавский, одаренный умом, голосом, благородным и выразительным лицом, при всегдашней опрятности, имел несчастие внести в то немаловажный проступок, за что и был исключен из духовного звания. Но не пользуясь доходами, он постоянно ходил в собор, где по прежнему исправлял все обязанности причетника.

IV

К приходу соборной церкви с незапамятных времен принадлежат, кроме горожан, подгородные слободы: Казаки, Городенцы тож, а с 1807 г. Стрельцы и Пушкари, ; заселенные государственными крестьянами, прежде бывшими пахотными солдатами. К нему же принадлежало и село Березово, до построения в нем своей собственной церкви, с по строением церкви оно получило самостоятельность, но потом, в следствие последнего распределения приходов, снова возвращено собору.

В 1825 г. в приходе состояло (на три штата) 1073 д. муж. пол. и 1028 жен. пола; обоего пола 2101 душа. К 1835 г. число душ несколько уменьшилось: именно в этом году было: 996 м. п. и 1017 ж. п.; всего 2013 д. В 1872 году (на два штата): м. п. 879 и ж. п. 985, всего 1864 д.

В течении 70-ти лет с 1803 г. по 1872-й включительно, в метрических книгах соборной церкви записано 5727 случаев рождения; 1128 браков, а бракосочетавшихся лиц 2256. Число умерших в течении 70 лет, в том числе и детей, почти равно нынешнему населению города, именно: 1137 челов. Из числа умерших значительное количество поглотила оспа, - эта, никогда не перемежавшаяся и по временам возраставшая эпидемия. - В 1803 году из 20-ти человек общего числа умерших, от оспы умерло семь; с 1804 г. из 19-ти шесть; в 1805 г. из 15-ти два; в 1806 г. из 52 девять; в 1807 из 21 четыре; в 1808 из 35 десять и т. д. В 1831 году от холеры умерло 22 челов., а от оспы 32. От оспы умирали дети и у дворян, и в среде духовенства, даже у протоиерея Пылаева. Быть не может, чтобы такой человек, как протоиерей Пылаев, имел какие-нибудь предубеждения против оспопрививания; тем более, что на этот предмет постоянно были рассылаемы циркуляры для духовных, чтобы они внушали народу здравые понятия относительно оспенной эпидемии; а в 1811 году, по распоряжению св. Синода, было разослано по церквам прекрасное увещание к народу о пользе оспопрививания, написанное вологодским Епископом Евгением. Невероятно, чтобы духовенство, считавшееся самым надежным проводником правительственных идей в отношении к народу, само чуждалось этого спасительного средства. В этом случай можно допустить, что прививаемая оспа за недостатком опытных специалистов не всегда имела желаемый успех.

Но количеству смертных случаев особенно замечательны так называемые холерные годы 1830, 1831 и   1848-й, и голодные годы 1840 и 1841-й.

В 1830 г. умерло в приходе 99 челов. Впрочем метрики за этот год о холере молчат.

В 1831 году ум. 135 чел., в том числе от хо­леры 22 чел. Первый холерный случай записан 12 августа, а последний 28-го того же месяца.

В 1848 г. умерло 116 чел., собственно от холеры 32 чел. Первый холерный случай записан 27-го 1 июня, последний 12-го сентября. В 1871 году от холеры умерло в приходе 11 человек.

Голодные 1840 и 1841 годы (вследствие неурожая в 1839 и 1840-м годах) также обозначились в таблице смертности: в 1840 году умерло 111 челов.; в том числе 50 чел. детей до 12-тп летнего возраста. В 1841 году умерло 114 челов., и в том числе детей до 12-ти летнего возраста 61.

В заключение скажем несколько слов о соборном приходском попечительстве, - оно образовалось, только в половине текущего года и еще не утверждено в своем составе. Такие учреждения во многих местах уже успели принести существенную пользу своим храмам и прихожанам. И наш храм, не смотря на внешнее и внутреннее благолепие, нуждается еще во многом. Особенно бросается в глаза не имения хора певчих. Этот недостаток легко бы восполнить при четырех существующих в городе училищах, в том числи и духовном. Одно из училищ находится в соборном приходе; в нем числится 56 учеников и 18 учениц.

Пр. Др.

 

 


Баннерная сеть "Историческое краеведение"